Архиепископ Арсений (Брянцев)

В истории православия Эстонии разносторонняя, неутомимая и самоотверженная деятельность архиепископа Арсения занимает видное место.

Будущий иерарх родился 27 августа 1839 года в селе Волста-Пятница Смоленской губернии, в семье псаломщика Димитрия Аверкиевича и Анны Сергеевны. Родители Александра были простыми людьми, не получившими образования, но отличавшимися высоким благочестием, трудолюбием и преданностью долгу. Детство Александра Брянцева прошло среди трудностей и материальных лишений, именно они научили его впоследствии понимать чужие беду и нужду. С большим трудом в 1851 году отец сумел определить Александра в Вяземское духовное училище на казенное содержание, но жить было негде и родители нашли угол за 50 копеек в месяц. Все время обучения Александр так и жил: спал на лавке в крестьянской избе, питаясь и проводя все время в училище, которое он закончил первым по списку, но в Смоленскую семинарию на казенный счет его принять отказались, так как там уже учился его старший брат, а средств на дальнейшее обучение у отца не было. По молчаливому согласию начальства семинарии Александр Брянцев стал посещать занятия, все делали вид, что его не замечют, а он  устраивался на свободной койке заболевшего товарища, питаясь чем придется. Собственного спального места или прибора за столом ему не полагалось. Однако через год ректор, оценив усердие и отличные успехи в учебе, войдя в крайне бедственное положение, нашел возможность принять молодого человека вне правил на казенное содержание. 

В 1863 году Александр Брянцев закончил семинарию первым по списку со званием «студента», что по Уставу духовных учебных заведений соответствовало диплому с отличием и давало право продолжить обучение, и поступил в Киевскую духовную академию, которую окончил в 1867 году по первому разряду со степенью магистра богословия. Диссертация «Патриарх Кирилл Лукарис и его заслуги для православной Церкви» была напечатана в журнале «Странник» в 1868 году, а впоследствии издана и отдельной книгой. Выпускник академии не остался на духовно-училищной службе, как это полагалось правилами. Очевидно это было обусловлено тем, что во второй половине 60-х гг. ХIX века порядки в Синоде стали либеральнее. Кроме того, открывалось много светских средних учебных заведений, в которых требовались законоучители, которыми могли быть только священники с высшим образованием.

21 января 1868 года Александр вступил в брак с Марией Георгиевной Соловьевой, дочерью протоиерея Набережно-Николаевской церкви города Киева. 2 февраля 1868 года епископ Чигиринский Порфирий (Успенский) рукоположил его в сан диакона, а 4 февраля – в сан священника. По рекомендации ректора Киевской академии архимандрита Филарета (Филаретова, епископа Рижского и Митавского в 1877-1882 гг.) отец Александр был назначен законоучителем в гимназию в городе Белая Церковь Киевской епархии. В 1869 году митрополит Киевский и Галицкий Арсений (Москвин), который высоко ценил молодого образованного священника, перевел его в Киев настоятелем Печерского Воскресенского храма, а также законоучителем Киево-Подольской прогимназии, Киево-Владимирской военной гимназии и Киевского епархиального женского училища.

Господь не благословил о.Александра на продолжительную супружескую жизнь: после рождения дочери Анны в 1872 году скончалась супруга. По рекомендации митрополита Киевского Арсения (Москвина), священника Александра Брянцева назначили ректором только что открытой Таврической духовной семинарии в Симферополе. Много внимания ректору пришлось уделять строительству здания семинарии, организации учебного процесса и воспитанию семинаристов. Промысел Божий, очевидно, предназначил о.Александру иной жребий – служить церкви в иноческом звании. 26 апреля 1875 года епископом Таврическим и Симферопольским Гурием (Карповым) протоиерей Александр был пострижен в монашество с именем Арсений, в честь преподобного Арсения Великого, и 27 апреля возведен в сан архимандрита. Успешная деятельность на посту ректора была по достоинству отмечена орденами Св.Анны 2-й степени и Св.Владимира 3-й и 4-й степеней.

Преждевременным разрешением от супружеских уз Господь призвал архимандрита Арсения к высшему служению – Ему угодно было, чтобы этот светильник веры и благочестия, обильно сеявший семена добра и правды Христовой, стоял не в смиренном звании священника и законоучителя, а в высоком архиерейском сане – право править слово истины. 12 мая 1882 года состоялось  наречение архимандрита Арсения во епископа Ладожского, 1-го викария Санкт-Петербургской митрополии. 17 мая епископскую хиротонию архимандрита Арсения совершили митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский Исидор (Никольский), архиепископы Варшавский Леонтий (Лебединский), Казанский Палладий (Раев), Кишиневский Сергий (Ляпидевский) и епископ Псковский Гермоген (Добронравин). 

После хиротонии преосвященный Арсений приступил к исполнению своих многочисленных обязанностей. Пришлось заниматься проблемами обучения Закона Божия в светских учебных заведениях, председательствовать во многих комитетах, решавших различные задачи православной жизни. Определением Святейшего Синода от 22 октября 1883 года Преосвященный Арсений был назначен ректором Санкт-Петербургской духовной академии. На первых порах академия встретила нового ректора с предубеждением, с проявлением своеволия: неисправно посещались лекции, участились отлучки из учебного заведения и т.д. Его предшественник, протоиерей Иоанн Янышев, пользовался авторитетом среди студентов и профессоров, а епископ Арсений не был ни доктором богословия, ни выпускником возглавляемой им академии. Владыке Арсению пришлось приложить немало трудов, сил и настойчивости, чтобы подчинить порядку и дисциплине студенческую жизнь, дать ей направление, требуемое характером высшего духовно-учебного заведения, имеющего целью готовить достойных духовных руководителей. 

Предметом профессиональной деятельности ректора была кафедра Нравственного Богословия. Владыка  придавал своим лекциям практическое направление и старался влиять на студентов в религиозно-нравственном отношении, разъяснял им их назначение, как будущих наставников юношества и проповедников Христова учения. В ректорство епископа Арсения в академии укрепился дух церковности, пробудилось стремление к иноческой жизни. После 20-летнего перерыва в академии возобновились пострижения в монашество. Всего владыка-ректор постриг девять студентов, в том числе Антония (Храповицкого, впоследствии митрополита, главы Русской Православной Церкви за границей). Учеником преосвященного Арсения был будущий казанский архипастырь священномученик митрополит Кирилл (Смирнов).

Епископ Арсений после пятилетнего служения в Петербургской митрополии определением Святейшего Синода от 26 марта 1887 года был назначен на Рижскую кафедру. С чувством покорности и страха встретил владыка известие о своем назначении, – покорности, потому что усматривал в этом волю Господа, а страха, потому что эта кафедра требовала осмотрительности, равноапостольской ревности и больших трудов.  Перед архипастырем стояли достаточно сложные задачи. Епархию составляли территории нынешних Эстонии и Латвии, где большинство населения составляли лютеране, к которым принадлежали и «верхи» общества — прибалтийские немецкие дворяне, пользовавшиеся большим влиянием не только в губернских Риге и Ревеле (Таллине), но и в столице Российской империи Санкт-Петербурге. Значительную часть немногочисленного русского населения составляли старообрядцы. Служение епископа Арсения на Рижской кафедре совпало с изменениями внутренней политики России в Прибалтийском крае. С восшествием на российский престол Александра III в конфессиональной политике правительства начинается «эпоха» обер-прокурора Святейшего Синода К. П. Победоносцева. Он никогда не скрывал своего резко отрицательного отношения к реформаторской деятельности правительства Александра II. Основными задачами своей государственной деятельности Победоносцев считал укрепление самодержавия, поддержку Православной Церкви, возрождение и развитие русской самобытности, русского национального самосознания.  

Предприняв в первый же год своего вступления на Рижскую кафедру поездку по епархии, преосвященный архипастырь обратил внимание на убогость и бедность многих православных храмов. По ходатайству епископа Арсения решением Государственного Совета от 27 ноября 1895 года государственное казначейство в течение десяти лет стало отпускать ежегодно по 50 тысяч рублей на церковное строительство в Рижской епархии. Кроме того, владыка Арсений привлек внимание российской общественности к нуждам Рижской епархии. В результате его активности только из Санкт-Петербурга в Рижскую епархию поступили частные пожертвования на сумму более 30 тысяч рублей. Призыв Рижского архиерея поддержали и местные благотворители. Ярким свидетельством плодотворных трудов владыки и по сегодняшний день являются многочисленные храмы, построенные при его управлении у нас в Эстонии. Он освятил: 7 сентября 1889 года храм Рождества Пресвятой Богородицы в Алайые на берегу Чудского озера, 17 августа 1893 года Князь-Владимирский храм в Нарва-Йыесу, к сожалению разрушенный в годы Второй мировой войны, 13 августа 1895 года Богоявленский храм в Йыхви и многие другие. Всего на территории Эстонии в период архипастырства владыки Арсения было построено 22 храма.

Совместно с губернатором Эстляндии князем Сергеем Владимировичем Шаховским владыка Арсений поднял вопрос о строительстве нового кафедрального собора в Ревеле (Таллине), считая что существующий Преображенский собор мало соответствует своему назначению – служить достойным представителем Православной Церкви в губернском городе.

Наряду с этим церковное руководство заботилось, чтобы уже существующие храмы находились в порядке, и на ремонтные работы также выделяло значительные средства. Благодаря стараниям владыки Арсения в крае было построено 50 новых зданий для школ, которые обеспечивались инвентарем, книгами и другим необходимым оборудованием.  

В Рижских духовной семинарии и в духовной школе увеличилось количество учащихся, которые получали государственные стипендии. Их распределяли в равных долях среди латышей, эстонцев и детей лиц духовного звания. Большая помощь оказывалась крестьянам, у которых не было средств на образование детей. Владыка Арсений настаивал, чтобы русские семинаристы освоили хотя бы один из местных языков (латышский или эстонский). В Рижской семинарии также ввели новый предмет – медицину, чтобы при необходимости церковнослужители могли оказать местным крестьянам первую врачебную помощь.  Существенно в эти годы было расширено общежитие для семинаристов, а для вдов и сирот лиц духовного сословия в Риге построили приют. 

Стараниями владыки в 1888 году «Рижский епархиальный листок» был преобразован в журнал «Рижские епархиальные ведомости». Была создана специальная комиссия по изучению и описанию истории православия в крае и начато составление «Историко-статистического описания церквей и приходов Рижской епархии».  Православное духовенство активно работало над переводами богослужебных текстов на латышский и эстонский языки. Были переведены и изданы: «Песнослов», «Служебник», «Требник», «Цветная триодь», «Последования молебных пений», «Часослов», «Октоих», «Молитвы при Божественной Литургии», «Последование ко Св.Причащению», а также делалось все, чтобы качественно улучшить богослужения на латышском и эстонском языках. 

Совместно с Эстляндским губернатором князем С.В.Шаховским владыка Арсений был инициатором создания Пюхтицкого Успенского женского монастыря, который был торжественно открыт в 1891 году на Успение Пресвятой Богородицы. В 1895 году архиепископ Арсений, а возведен он был в сан архиепископа за успешную деятельность по управлению епархиеий в 1893 году, освятил в монастыре два храма: трапезный Симеона и Анны и Сергиевский на горке, сооруженный княгиней Елизаветой Дмитриевной на могиле своего супруга князя Шаховского. 

Наряду с постройкой новых храмов много времени уделялось ремонту и приведению в благолепный вид обветшалых. В своих обращениях к духовенству владыка отмечал: «Не всегда можно расчитывать на стороннюю помощь и благотворительность. Необходимо самому духовенству и прихожанам заботиться об удовлетворении нужд своих храмов». Создание и благоукрашение храмов, несомненно, способствовало более тесному объеденению православных и оживлению приходской жизни. Архиепископ Арсений уделял большое внимание подъему духовно-просветительской деятельности, требовал от священников как можно чаще обращаться к пастве с поучениями, объяснять смысл прочитанного за богослужением Евангелия. Сам владыка любил произносить проповеди, находя каждый раз что-то совершенно новое, поучительное. Одной из важнейших сторон деятельности архипастыря было улучшение миссионерской деятельности в епархии. Православие в Прибалтике было окружено лютеранством и различными протестансткими сектами, сильно влияние старообрядцев как в Риге,  так и на побережье Чудского озера. В миссионерских вопросах, архиепископ Арсений не придерживался политики по искусственному массовому распространению православия, но и не препятствовал переходу в его ряды представителей других конфессий. В годы его служения число паствы в крае, за счет  присоединенных, возросло на 12 тыс. человек. Так, в 1895 году в крае было уже 189 приходов и 241948 прихожан.  

4 октября 1897 года высокопреосвященнейшего Арсения назначили на Казанскую и Свияжскую кафедру, где его особенной заботой стала миссионерская деятельность. Многих магометан и язычников крестили, а также многих отпавших от Церкви (сектантов и раскольников) возвратили в Православие. Владыку Арсения утвердили почетным членом Казанской духовной академии. В 1901 году за усердное миссионерское служение его наградили бриллиантовым крестом для ношения на клобуке. 

8 февраля 1903 года высокопреосвященного Арсения перевели на Харьковскую и Ахтырскую кафедру. Здесь его захватили смутные годы русской жизни: русско-японская война, требовавшая и от духовенства особого напряжения, а затем с осени 1905 года первая русская революция, бурно разразившаяся в Харькове. В эти тяжелые годы, владыка Арсений непоколебимо стоял на своем высоком посту стражем Православия и законности. В последовавший затем период краткого успокоения общественной жизни в России владыка Арсений, несмотря на свой преклонный возраст и частое недомогание, все-таки немало заботился о благоустроении Харьковской епархии и религиозно-нравственном просвещении паствы. С этой целью он открыл в Харькове братство в честь Озерянской иконы Божией Матери, с отделениями во всех городах епархии, а при нем обширную миссионерскую библиотеку, в которую лично пожертвовал более тысячи книг. Много раз обсуждалась кандидатура архиепископа Арсения на одну из митрополий, но он так и остался в Харькове. Высокопреосвященный Арсений скончался 20 апреля 1914 года после непродолжительной болезни в Харькове и погребен в стенах Покровского монастыря.

По личным качествам владыка отличался своей глубокой христианской верой, доброжелательством ко всем, особенно к людям бедным, и любовью к народу. Отличительной чертой его характера была простота обращения. Человек старой закалки, старой школы, он любил действовать напрямик, апеллировать прямо к совести, к человеческому сознанию своего собеседника, без всякой официальности. На подчиненных, на духовенство, особенно на студентов, когда был ректором, владыка любил покричать, «постращать» как следует. Редко к кому обращался официально на «Вы», обычная манера его – говорить всем, особенно своим ученикам «ты»; но это не было у него ни грубо, ни оскорбительно, а выходило как-то, хотя подчас и ворчливо, но по-отечески, по-стариковски. В случае какого-либо проступка со стороны подчиненных, учеников и т.п., владыка также не любил вести дело официально, но вызовет к себе, покричит, постучит посохом, пригрозит и с миром отпустит. Студентам это нравилось, и они знали, что чем больше накричит отец ректор, тем скорее пройдет его гнев и дело забудется. Но когда нужно, владыка Арсений умел быть строгим. Особенно требователен он всегда был к своим ближайшим помощникам и сотрудникам, в том числе и к своим викариям, руководясь, очевидно, в этом случае правилом: «кому много дано, с того много и взыщется». Простота, прямота и непосредственность его натуры также сказывались и в проповедях, которые владыка Арсений обычно говорил почти при всех богослужениях, в которых принимал участие. Он любил беседовать с простым народом, а прихожане любили слушать его проповеди, они были вполне доступны пониманию каждого; мысли в них изложенные, нередко иллюстрировались примерами и образами из повседневной, будничной жизни.

В своих последних, предсмертных распоряжениях владыка Арсений повелел также совершить погребение его, как можно проще, без всякой пышности и торжественности; запретил возлагать на гроб венки, нести в процессии знаки отличия, и просил не произносить надгробных речей.

 

Сергей Мянник